Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

О Диме Быкове и не только о нем ...

Это будет злой пост, ребята, что я себе редко позволяю. В принципе, кто меня более-менее знает лично, скажет, что я, б..ь, интеллигентный парень. Впрочем, внешность бывает обманчива... Сейчас вы в этом убедитесь.
Почитал злорадные комменты израильских поцреотов и российских черносотенцев по поводу тяжелого состояния здоровья Дмитрия Быкова.
Конечно, для меня не новость наличие ушлепков, пляшущих от радости при виде страданий тех, кто раздражает их своими взглядами. Я давно уже заметил, что все националисты - близнецы-братья. Одинаковые взгляды, один стиль своих примитивных лозунгов. Рейх на выгуле, с поводком, но без намордника, лаять можно, кусать нельзя.
Неужели вы думаете, что страдания и болезни - божья кара? Еще со времен "Вавилонского страдальца", прообраза библейского Иова, люди задавались вопросом, почему злодей живет в радости, а праведный в печали. Ответы были разными, в том числе самые абсурдные -страдания за вину других. Типа Богу нужны слезы, как кровь вампиру, мол, таким образом Он прощает грешников. Не придя к удовлетворительному выводу, решили, что Судьба в ответе за все. Ну и ладно. Спасибо на этом.
Иногда беды помогают нам разобраться в главных ценностях, радоваться каждому дню и новым впечатлениям, не обращать внимания на суету и мелочи жизни. Но это побочный эффект страданий для умных людей, использующих всякий опыт для созерцания и понимания себя. Для остальных боль нужна, чтобы вконец не оскотиниться.
Несчастья, болезни и смерть - неотъемлемая часть нашего существования, программа, заложенная в нас генетически. Только в отличие от животных, мы умеем придумывать разные объяснения.
Задача людей, не радоваться горю других, а облегчать его. Находить способы как избежать страданий, уменьшить их, отдалить смерть. Это и отличает светлых, ярких людей, любящих жизнь, умеющих радоваться от тех, кто постоянно ненавидит, ищет врагов и злорадствует, видя горе и слезы тех, кого по своему скудоумию записали в свои враги.

***

Как-то спокойно я вышел из ада,
Ужас распада легко перенес.
Только теперь заболело, как надо.
Так я и думал. Отходит наркоз.

Выдержал, вынес — теперь настигает:
Крутит суставы, ломает костяк?
Можно кричать — говорят, помогает.
Господи, Господи, больно-то как!

Господи, разве бы муку разрыва
Снес я, когда бы не впал в забытье,
Если бы милость твоя не размыла,
Не притупила сознанье мое!

Гол, как сокол. Перекатною голью
Гордость последняя в голос скулит.
Сердце чужою, фантомною болью,
Болью оборванной жизни болит.

Господи Боже, не этой ли мукой
Будет по смерти томиться душа,
Вечной тревогой, последней разлукой,
Всей мировою печалью дыша,
Низко летя над речною излукой,
Мокрой травой, полосой камыша?

Мелкие дрязги, постылая проза,
Быт — ненадежнейшая из защит, —
Все, что служило подобьем наркоза,
Дымкой пустой от неё отлетит.

Разом остатки надежды теряя,
Взмоет она на вселенский сквозняк
И полетит над землей, повторяя:
«Господи, Господи, больно-то как!» (Дмитрий Быков)

Rami Yudovin

"Россия - не та страна, в которой хочется жить"

"Россия - не та страна, в которой хочется жить"
Фото: social media

История эмиграции молодой семьи и большой любви к русской литературе

Журналисты Евгений Коган и Лена Цагадинова уехали из России осенью 2015 года. После убийства Бориса Немцова и аннексии Крыма Женя и Лена решили, что больше не хотят и не могут жить в Москве: они сели в самолет, прилетели в Тель-Авив, стали гражданами Израиля и начали жизнь с чистого листа, поменяв профессию, работу, круг общения и дом. Неизменным осталось только одно - большая и страстная любовь к русской литературе, которая в итоге стала главным делом всей их жизни. Корреспондент Радио Свобода Роман Супер встретился с новыми репатриантами, чтобы записать историю их побега.

Евгений Коган и Лена Цагадинова

- Расскажите, кем вы были в прошлой жизни?

Евгений Коган: Я много лет был журналистом в Питере. Потом я переехал в Москву, работал редактором сайта "ЖиВи", журнала Men’s Health, три года проработал на телеканале ТНТ, потом ушел из всех СМИ и стал литературным редактором в одном из лучших издательств в России - Corpus. Чуть позже я пришел к Борису Куприянову в Московский городской библиотечный центр, немножко там поработал. И еще я более полугода писал книгу - историю дома ленинградской коммуны инженеров и писателей "Слеза социализма" начала тридцатых годов.

Лена Цагадинова: Я работала на "Детском Радио", на "Радио России", а последние восемь лет в службе новостей на канале "Культура".

- Почему вам пришла в голову мысль уехать из России?

Лена Цагадинова: Когда я впервые приехала в Израиль в 2010 году, мне не захотелось из него уезжать. Мне очень понравилась страна, мне в ней было хорошо. А в Москве мне становилось все хуже и хуже. Поэтому все как-то логично сложилось. У каждого есть своя точка кипения. Помню, как в Москве начались разговоры о восстановлении памятника Дзержинскому, и я подумала, что это начало конца. Я очень хорошо помню, как его убирали. И вдруг разговоры о его возвращении. Я даже не могла это осознать до конца.

- Послушайте, это были разговоры каких-то дураков. Нет никакого Дзержинского.

Лена Цагадинова: Понимаешь, меня сам факт появления этих разговоров шокировал. Я растерялась. Ладно Дзержинский, но ведь памятники и бюсты Сталину стали реально появляться в стране. Меня это потрясло. Сталин - это как туберкулезная палочка. Люди, которые меня окружали, вдруг стали говорить о том, что репрессии в стране происходили не без повода, мол, не бывает дыма без огня. Оказалось, что Сталин до сих пор живет во многих людях.

​Евгений Коган: В прошлом году, гуляя за день до 9 мая по украшенному солнечному городу, мы вдруг обнаружили, что центр Москвы в буквальном смысле запружен изображениями Сталина: открытки, календари, тарелки, бюсты, футболки, флаги. Было ощущение, что Сталин завтра будет выступать с Мавзолея. Я, как человек активной гражданской позиции, подходил к местам торговли…

- К местам торговли Сталиным…

Евгений Коган: Да. Подходил и спрашивал, это государственная торговля или частная. Я очень надеялся, что это частная торговля. Ну частная и частная - у нас ведь свободная страна. Но во всех случаях эта торговля была государственной. И как-то меня это доконало. Жить в стране, в которой государство продает портреты этого упыря, мне не хочется. Я вот не могу себе представить, что в Германии государство продавало бы календарики с портретами Гитлера - это странно, как минимум. Это стыдно и глупо.

- Тебя, как и жену, Сталин прогнал из России?

Евгений Коган: Для меня все началось раньше, восьмого июня 2012 года, когда арестовали моего друга Степу Зимина по "Болотному делу". Степа входил в восьмерку первых арестованных. В результате он отсидел три с половиной года. Я очень глубоко погрузился во все это, я был на всех судах, был в СИЗО, передачки, письма. Другой точкой невозврата было убийство Немцова, Крым… Ну и все - появились разговоры о том, что нужно уезжать.

- Когда вы стояли в очереди на Большой Ордынке в посольство Израиля, у вас уже было представление о том, чем вы займетесь в Тель-Авиве?

Евгений Коган: Да, как только мы решили, что уезжаем, мы поняли, чем будем заниматься.

Лена Цагадинова: Где-то за год до отъезда мы прочитали статью о том, что в Цюрихе существует магазин русской книги. Уже тогда появилась мысль: если есть русскоязычный магазин в Цюрихе, где, я думаю, не так уж много русскоговорящего населения, то почему бы такой магазин не открыть в Израиле? Так у нас появилась мечта.

Книжный магазин "Бабель"

- Согласитесь, идея все-таки рискованная - в эпоху тотальной дигитализации, компьютеризации и покемонизации открыть книжный магазин. Мне кажется, всем интуитивно понятно, что интерес к книгам стремительно падает в современном мире.

Евгений Коган: Мы не читаем электронные книги. Ни я, ни Лена.

- Вы нет, а мир читает.

Евгений Коган: Большое количество людей не читает электронные книги. Более того, даже если они читают электронные книги, то самые любимые они хотят иметь в бумажном виде. Таких людей много. По данным последних исследований, на Западе рост продаж электронных книг остановился. А продажи бумажных книг - растут. В России продажи бумажных книг выросли за первую половину 2016 года. Мы не говорим о том, что именно выпускают и продают, мы говорим о количестве.

Лена Цагадинова: Но, конечно, бессмысленно сравнивать современные тиражи с советскими.

Евгений Коган: Вот мы не можем поставить на полку нашего книжного магазина полное собрание сочинений Леонида Добычина, потому что тиража нет. Большого количества книг, изданных даже год назад, больше нет, тиражи закончились. Значит, их купили?

Лена Цагадинова: Когда мы рассказали нашим друзьям, чем мы хотим заниматься в Израиле, они нам ответили: "То есть деньги вы так и не собираетесь зарабатывать?" Мы понимали, что эта история, конечно, не про деньги.

- Что вы ставите на полки в магазине? Как формируете ассортимент? Это исключительно ваш личный литературный вкус?

Евгений Коган: В основном это наш литературный вкус и то, что около. Плюс какие-то книги, которые нам не стыдно поставить на полку, но которые мы сами не будем читать в силу разных причин. Я совсем, например, не читаю современную литературу, но я знаю, что среди современных писателей есть хорошие. Мы следим за критикой, следим за премиями, следим за тем, что говорят люди, которых мы уважаем, - Анна Наринская, Игорь Гулин, Галина Юзефович и другие, критики детской литературы.

- Расскажите буквально на пальцах: как вы открывали магазин в Тель-Авиве - самом дорогом городе Ближнего Востока? Как там создать свой бизнес? Как это все работает?

Евгений Коган: Я приехал, пошел гулять по Тель-Авиву и искать помещение. Нашел. Немножко поторговался, снизил цену. Через знакомых я нашел адвоката, с помощью которого подписал договор об аренде. Через знакомых же я нашел бухгалтерскую контору, которая будет нами заниматься, потому что самим заниматься бухгалтерией нельзя нигде, а в Израиле тем более: без иврита ничего не понятно. Приехал к бухгалтеру, поздоровался и рассказал, что хочу открыть книжный магазин "Бабель". Показал свой теудат зеут (израильский паспорт), договор об аренде помещения. Бухгалтер нажал на три кнопки в компьютере и сказал: "Женя, поздравляю, вы бизнесмен". Это заняло секунд десять. Я его поблагодарил и ушел.

- Это все?

Евгений Коган: Еще я заключил договор со страховой компанией, купил огнетушитель. А через две недели мне на почту пришли две непонятные бумаги на иврите - это были мои документы на бизнес. После этого я поехал в деревню, заказал деревянные полки. А книги мы заказываем через дружественную книготорговую компанию или напрямую у издательств, что позволяет нам не задирать цены. Все.

- И все-таки есть какие-то сложности, которые несет в себе израильская бюрократия? Могут к вам нагрянуть пожарные, надзорные службы и оштрафовать за отсутствие чего-нибудь?

Евгений Коган: Нет. Открыть бизнес легко, в этом нет сложностей. Сложность в том, как ты будешь дальше выживать. К нам приходила проверка из налоговой инспекции, они все проверили и пожелали нам удачи. Раз в два месяца приходят проверять электричество. Однажды приходили проверяли вывеску. Тут за каждый шаг надо платить. Это копейки, но в результате набегает приличная сумма.

Лена Цагадинова: Никто не пытается помешать тебе работать. Помочь, правда, тоже никто не пытается. Но я понимаю, что в Москве я бы никогда не решилась начать свое дело.

- Вы составляли бизнес-план, прежде чем открыть магазин, или это была чистой воды авантюра?

Евгений Коган: При Министерстве абсорбции есть служба, которая предоставляет бесплатные консультации. Я несколько месяцев состоял в переписке с этой службой, находясь еще в Москве. Переписка была доброжелательной, они помогали разобраться, что к чему. Они даже сами составили нам подробный бизнес-план, но в итоге все получается иначе. Потому что одно дело - бумага и совсем другое - реальная жизнь.

- Давайте совсем просто поговорим про ваш бизнес-план: сколько вы должны продавать книг в день, чтобы выходить в ноль?

Евгений Коган: Очень сложно считать книгами. Потому что книги стоят по-разному: от 30 до 800 шекелей. Мы посчитали примерную сумму, на которую нужно продавать книги, чтобы окупать аренду помещения с электричеством, арноной (налогом на землю), водой, чтобы оправдывать закупку книг, платить НДС, арендовать квартиру и чтобы чуть-чуть оставалось на жизнь. Сейчас у нас этого нет. Но если говорить только о бизнесе - книги, помещение и налоги, то мы выходим в ноль. Пока получается даже немножко лучше, чем я рассчитывал. А сейчас вообще август - мертвый месяц, людей на улице нет.

- Бывают у вас минуты отчаяния? Все, закрываемся, мы банкроты!

Евгений Коган: Нет, такого точно не было.

Лена Цагадинова: Бывает, что за целый день никто не заходит. Первый месяц бывало, что три дня никто не заходил - лил дождь, было холодно.

Евгений Коган: Вообще, мы всегда находим причину. Сейчас август и очень жарко. А бывает холодно.

Лена Цагадинова: У нас мэрия Тель-Авива попросила составить список лекций, которые у нас в магазине проходили. Мы сами от этого списка немножко обалдели. Мы перечисляем фамилии людей, которые у нас выступали, и самим не верится, что только за последние два месяца у нас столько всего было. Мы не предполагали, что все это будет в таком масштабе, что открытие книжного магазина вызовет такой резонанс и у нас будут брать интервью.

- Существует ли интерес у супериврито-ориентированного Израиля к русской литературе? У меня вот складывается впечатление, что Израиль - особенно Тель-Авив - через десять лет вообще перестанет понимать русский язык.

Лена Цагадинова: Когда приедешь в Израиль, поводи нас, пожалуйста, по районам, где не говорят по-русски. У меня как раз есть ощущение обратное. Я очень хочу выучить иврит, но я прихожу в магазин и со мной говорят по-русски. Я захожу в автобус, со мной снова начинают говорить по-русски. Мы смеемся, что на иврите поговорить не с кем.

- С тобой разговаривают по-русски из вежливости, понимая, что тебе на иврите пока трудно. Но это совершенно не значит, что эти самые люди придут покупать книгу, написанную на русском языке.

​Евгений Коган: Очень сложно говорить про иврито-ориентированный Израиль и интерес к русской литературе. Я про этот интерес и в России ничего не понимал. Но я знаю, что в Израиле есть большое количество людей из разных поколений, которые продолжают читать по-русски. Понятно, что их дети делают это гораздо хуже, а внуки вообще этого не делают. Но вот буквально вчера к нам пришла девушка, которая родилась, кажется, где-то в Америке, родители у нее русские, но русский для нее - это уже восстановленный язык. Она купила детские книги, она купила книги себе, а потом записалась на все наши лекции, потому что хочет сохранить для себя и своих детей русский язык. У нас многие покупают именно детские книги, потому что хотят, чтобы дети сохраняли русский язык. К нам приходила девушка, плохо говорящая по-русски, которая купила три книги русских классиков, чтобы читать на языке своих родителей. И это желание понятное. Мне кажется, что мы все уже привыкли себя убеждать, что книги никто не читает, телевизор вытеснит кино, кино вытеснит театр, а театр вытеснит цирк. Эти разговоры ведутся много-много лет. Но ничто ничего не вытеснит.

Лена Цагадинова: Когда мы открывали магазин, мы проговаривали снова и снова фразу - "мы не одни такие". Нам очень нравится заходить в книжные магазины, нам важно, чтобы книжные магазины были во всех точках планеты, в любом городе. Это практически жизненная необходимость. Теперь мы смотрим на наших покупателей и понимаем, что мы действительно не одни такие.

Евгений Коган: К нам приходят не только купить книгу, но и поговорить о литературе и о жизни. На поэтическом вечере Сергея Гандлевского был такой лом, что было немножко страшно. На лекцию Дмитрия Воденникова тоже был лом.

Лена Цагадинова: Поэтому у нас не опускаются руки. Нам гораздо чаще кажется, что все не зря.

- Как у вас с ивритом?

Евгений Коган: Ходим в ульпан. В сентябре будет экзамен, которого я ужасно боюсь. Сложно.

- Что вы уже можете?

Евгений Коган: Я знаю алфавит, могу спросить, что сколько стоит, понимаю числительные. Я вдруг начал вообще что-то понимать. Говорить сложнее. Прогресс чувствуется, я стал вывески читать. Пару месяцев назад я думал, что это невозможно.

- Вы являетесь и владельцами, и продавцами в "Бабеле". Значит, вы много времени проводите в магазине, жизнь города протекает у вас перед глазами. Нравится вам то, что вы видите?

Евгений Коган: Глобально - да.

Лена Цагадинова: Как может не нравиться, когда все тебе улыбаются, когда у всех добрые собаки, когда рядом поет парикмахер, а продавец кебабов машет тебе рукой, когда проходишь мимо?

- А что все-таки не нравится? Что раздражает в этой новой реальности?

Лена Цагадинова: Меня раздражает, что люди дико мусорят. Приходишь на пляж вечером и видишь, что грязь просто размазана ровным слоем по прекрасному песку.

Евгений Коган: Мусорят страшно! Правда, и убирают тоже. Утром на этом же пляже будет чисто. Знаешь, я поймал себя на мысли, что просто кайфую, когда утром прихожу в свой магазин в центре Тель-Авива, открываю дверь, беру метлу и подметаю улицу у входа. Потом мы выносим горшки с цветочками, миску с водой для собак ставим у двери. Как в кино. Это очень круто.

Лена Цагадинова: Я постоянно инспектирую себя, ищу болевые точки. Мне люди рассказывали разное про Израиль, я готовилась к тому, что мне тоже должно быть плохо, неуютно. Но этого пока не произошло.

Евгений Коган: Потому что здесь действительно удобно жить. Вот мы живем в другом городе, ездим на работу на автобусе. Здесь очень удобное автобусное сообщение. Здесь в пяти минутах пляж, круглогодично рядом с тобой обязательно цветет какое-нибудь дерево.

Лена Цагадинова: Но при этом я понимаю, что мы и здесь живем в изоляции. Мы целый день сидим на работе, к нам приходят хорошие люди, с которыми нам легко находить общий язык. Наверняка другие репатрианты могут рассказать много всего разного, совсем не обязательно только хорошего. Иногда я думаю: а что было бы, если бы у нас не было здесь этой любимой работы?

​Евгений Коган: Мы решили: если что-то пойдет не так, поедем в кибуц собирать клубнику и посуду мыть. Я не хочу думать, что мы закроемся и разоримся. Но в любом случае, уверен, мы нашли бы другую работу. Сейчас в фейсбуке идет флешмоб - все пишут про свои первые семь работ в жизни. Вот я работал ночным сторожем, подсобным рабочим. Подумаешь, ничего ведь страшного. После любой работы можно приходить домой и писать гениальный роман, рисовать картину, посещать концерт группы "АукцЫон".

- Вы продолжаете следить за новостями из России?

Евгений Коган: К сожалению, да.

- Какими они вам видятся теперь уже со стороны?

Евгений Коган: Чудовищными. Я тут делал интервью с писателем Михаилом Иоселем, он сказал, что очень страшно в прямом эфире наблюдать за тем, как на твоих глазах переворачивается "Титаник". Мне кажется, это то, что происходит в России.

- Отношение к России меняется каким-то образом, когда из нее уезжаешь?

Евгений Коган: Об этом нужно поговорить лет через десять. Пока мало времени прошло. Я все равно слежу за новостями, есть фейсбук, который не дает тебе оторваться от родины, от интервью с Чаплиным на "Эхе Москвы", от видео с товарищем Залдостановым и так далее.

Лена Цагадинова: У меня отношение к России сформировалось и зафиксировалось до отъезда. Я в какой-то момент поняла, что в стране ничего не изменится. Во всяком случае - на моем веку и на веку моих детей точно не изменится. В девяностые годы было стойкое ощущение, что вот-вот должно измениться, что мы выйдем на тропу, по которой счастливо пойдем вперед. Но потом стало понятно, что не пойдем.

- Кто ваш круг в Израиле? С кем вы общаетесь?

Евгений Коган: Мы общаемся с родственниками. И за этот год появились новые люди, которые становятся близкими. Кто-то из этих людей не говорит по-русски.

- Можете написать портрет современного репатрианта из России? На что похожа новейшая алия? С кем приходится иметь дело?

Лена Цагадинова: Много молодых людей, прекрасно образованных. Много Москвы, Питера. И Донецка, если мы говорим о русскоязычных.

Евгений Коган: Вот буквально на днях познакомились с семьей из Донецка, которая открыла в Израиле маленькое производство конфет ручной работы. Они не скрывают, что сбежали от войны. Есть люди, с которыми мы общались в Москве, теперь мы продолжаем общаться в Тель-Авиве, потому что они тоже переехали. Иногда кажется, что сюда переехал клуб "Мастерская" почти в полном составе.

- Эту алию иногда называют "путинской алией". Как бы вы сами назвали эту волну репатриантов?

Евгений Коган: Честно говоря, никак. Еще эту алию называют сырной…

Лена Цагадинова: Я против каких-либо определений, потому что у каждого всегда свой мотив. Ты наверняка знаешь, что в фейсбуке кипят страсти среди представителей алии 90-х годов, которые считают, что сейчас в Израиль понаехали какие-то странные люди из России с большими деньгами.

​Евгений Коган: Ходят слухи, что нас тоже считают богатыми. Когда мы вечером едем на автобусе в наш город Ришон-ле-Цион с найденным на улице стулом, веселимся по поводу того, что нас считают миллионерами. Возвращаясь к "сырной алие", меня название это ужасно бесит. Вот я говорил про "Болотное дело". Проведя три с половиной года в судах, в поездках в колонию и СИЗО, могу совершенно точно заявить, что я не "сырная алия".

Лена Цагадинова: Именно поэтому я против универсализации. Каждый едет по своей причине. Я вообще сыр не ем.

Евгений Коган: И сыр не ест, и Путина. Прошлую алию называли колбасной, что мне тоже не нравится. Но она все-таки была в большей степени экономической, потому что в России действительно нечего было жрать. Сейчас, наверное, алия в большей степени политическая. Но… Некоторое время назад какие-то неприятные люди расписали весь Тель-Авив огромными надписями - "Путин - х***ло". В ответ какие-то другие неприятные люди расписали весь город другими надписями - "Путин - мужик. СССР - Россия". Мне не нравится такая форма протеста. Глупо и не смешно. Давно пора закрасить.

- Уверен, что израильтянам просто лень это делать.

Евгений Коган: Самим придется, наверное.

- Дотянулся до вас Путин и в Израиле.

Евгений Коган: Здесь недавно был гей-парад. Все эти прекрасные мускулистые люди с флагами и в платьях шли аккурат мимо надписи "Путин - мужик".

- И все-таки, объясните еще раз, зачем нужно было переезжать аж на Ближний Восток, чтобы свить маленькое гнездышко русской литературы, вместо того чтобы находиться на родине этой самой литературы и открыть большой магазин с миллионом книг и миллионом посетителей?

Евгений Коган: Ты же понимаешь, что мы бы там этого не сделали в силу разных причин. Но и в Израиль мы приехали не для того, чтобы создать очаг русской культуры.

- Тем не менее вы это сделали.

​Евгений Коган: Мы приехали сюда, чтобы жить. К сожалению, современная Россия - не та страна, в которой хочется жить. Что касается магазина: когда ты все начинаешь с нуля и у тебя при этом есть мечта, почему бы не попробовать ее воплотить? Если из этой мечты в будущем получится очаг русской культуры на Ближнем Востоке, то будет замечательно.

Роман Супер



Иракские беженцы покидают Финляндию: холодно, еда невкусная, люди неприветливые

Иракские беженцы покидаю Финляндию: холодно, еда невкусная, люди неприветливые

Несколько тысяч иракцев, подавшие просьбу на предоставление статуса беженца в Финляндии, отозвали свои запросы и возвращаются на родину, сообщает 12 февраля информационное агентство Reuters.

В 2015 году в Финляндию прибыло более 30 тысяч человек, две трети из которых составили иракцы. Правительство намерено отклонить не менее 20 тысяч просьб о предоставлении статуса беженца.

Многие иракцы решили уехать домой, не дожидаясь решения властей. На следующей неделе начнутся прямые чартерные рейсы из Финляндии в Багдад, и билеты на эти полеты пользуются большим спросом. Не менее пяти тысяч иракцев собираются вернуться в Ирак из Финляндии.

Некоторые говорят, что решили вернуться к своим семьям, но большинство признает, что разочаровались в Финляндии. Им кажется, что в этой стране слишком холодно, местное население не радуется наплыву иммигрантов. К тому же, им не понравилась финская кухня.

Ранее сообщалось, что власти Швеции планируют депортировать около 80 тысяч мигрантов, которым было отказано в предоставлении статуса беженца.

Ещё одной проституткой и одним мудаком меньше в ЖЖ

Хочу искренне поблагодарить своих друзей, пользователей, юзеров (как хотите) вплоть до троллей, с которыми было такое интересное многолетнее общение в Живом Журнале.  Из всех порталов Живой Журнал оказался для меня полезнее всего.  Было много весьма резкой критики и причинной. Была и беспричинная, тоже не без пользы – закаляться надо уметь в любом возрасте.
      Во многом благодаря интернету, порталам и в первую очередь Живому Журналу скопилось много интереснейшей информации, и были нащупаны пути для поиска того, что давно забылось в истории и в нашей были.
      Но времена меняются. Больше нет возможности ни временной, ни другой для поддержания этого направления в жизни. Причин тому много, и они достаточно серьезные.


      Я хочу поблагодарить также мою помощницу Юлию Елисееву, которая все эти годы помогала мне обрабатывать написанные посты, располагать их, следить за комментариями, удалять нецензурщину. И это было правильно, поскольку я получал лицензию как СМИ на открытие своих блогов.
      Благодаря интернету  человек может развиваться. Это я понял на собственном опыте. Может, конечно, и тупеть, но со мной этого, слава Богу, не произошло. Интернет мне пошел на пользу.
      И, главное, сделано два важнейших дела в жизни – выпущены документальные фильмы о Рюрике и о Вещем Олеге, о нашей изначальной истории Руси. Во многих школах без всякого давления и моих просьб эти фильмы показывают сегодня ученикам. Значит, скоро отношение к нашей истории поменяется в лучшую сторону, в более благородную. И недорослям-троллям от науки, инородцам и фобам не победить.
      Дело сделано. Ещё раз всех благодарю. Конечно, никогда не говори никогда. Может быть со временем и надо будет вернуться к интернетовским жанрам на новом уровне. А пока слишком много других проблем. Еще раз благодарю Юлию Елисееву за тщательную и скрупулезную помощь.
      Пока все-таки оставляю свой блог ВКонтакте. В группах поддержки появились очень интересные знающие люди, образованные, интересующиеся, живущие традициями и во славу Рода. Если кто-то из Живого Журнала захочет продолжить споры,  беседы и двигаться далее в направлении Правды – буду рад, если присоединитесь.  

Миша Задорнов

ФИЛЬМ, ИЗЪЯТЫЙ ИЗ УПОТРЕБЛЕНИЯ

Полвека назад на экраны СССР вышел невероятный фильм -- "Обыкновенный фашизм". На него выстраивались молчаливые очереди по многим городам страны. На просмотр в ту пору строем водили всей школой. Такого в истории советского кинопроката не случалось ни до, ни после. Фильм был некрасивый и неинтересный - черно-белые фотографии или движущаяся черная-белая хроника. На них были либо убитые, либо убийцы: Гитлер, Муссолини, кто-то еще… А за кадром звучал негромкий голос рассказчика, который объяснял про горы убитых, либо ядовито насмехался над убийцами, которые были уверены, что пришли навсегда, а вот ведь -- были покараны судом и повешены.

Всё это было про фашизм, который случился однажды в Германии и к 1965 году был уж двадцать лет, как повержен армиями-победительницами. В этом самом месте рассказчик неожиданно делал паузу и спокойно сообщал с экрана, что фашизм никуда не делся: он жив и будет жить всегда, только меняя имя и обличье… И в твою задачу входит внимательно следить за тем, что происходит вокруг тебя, чтобы немедленно распознать, что вот он - фашизм - снова здесь.Collapse )

Российско Арабская Республика ( по Фрейду ошибочки)

Оригинал взят у razumnyi в Российско Арабская Республика
Ой какой замечательный Шпектакль для ватоты устроил царь: как опасный сидит перед монитором, играет в стратегию. Генерали докладывают что-то об невиданных успехах по всему земному шару и в особенности в Российско Арабской республике. Да-да, именно так, можете смотреть шоу для масс с начала, а можно с 5:09 сразу с места где про Российско Арабскую генерал докладывает.

Я вот думал, что такие картинки только в КНДР показывают, для поднятия духа у тех, у кого он ещё не весь вышел. Даже не знаю понимает ли он что нигде кроме Путинленда, такие вот картинки всерьёз не воспринимают. Это кино для внутреннего, полностью упоротого электората.


Это не твое дело, дядя Сэм!

Сегодня впервые увидел выступление Путина перед западными политиками. То самое, где он вполне связно (правда, в свойственной ему вульгарной манере: "на фига" и т.п.) излагает причины российской агрессивной политики. Смысл следующий. Вот была биполярная система. Мировое равновесия влияний. "Да, нас называли Верхней Вольтой с ракетами, но ракет было дофига", как сказал Путин, и "нас боялись". Его в данной фразе устраивало слово Вольта, но успокаивали ракеты. А потом, продолжал президент России, Советский Союз развалился, и Россию перестали бояться ("с нами считаться") — и делают везде, что хотят. Но есть и наши интересы — и мы свои интересы и территорию интересов никому не отдадим. Мы будем их отстаивать. Говорит взвешенно и как об очевидном.

Западные политики кивают — эта логика им понятна! И патриотам тоже логика понятна. Украина же — наша. Это — логика геополитики, логика игры в стратегические шахматы, в которой люди — пешки. Или даже песок. Политика убила много людей на Востоке Украины — но это же ради интересов целого "русского мира", ареала влияния. Политики защищают не собственно людей, а зоны влияния, то есть защищают зоны своей власти. То есть защищают собственную власть.

Собственно о русских людях речи нет. Совсем даже нет. Их образ жизни отвратителен — и делается с каждым днем хуже. Но речь идет о защите "русского мира", — а это отнюдь не одно и то же. "Русский мир" и русские люди — это разные вещи. Русский мир в реальности — это мир бесправия и холопства. Это мир, где жиреют баре и правят бандиты. И защищают не людей, живущих в этом ареале, но сам ареал как таковой — потому что это зона власти.

В свое время Черчилль цинично сказал, что он защищает "привилегии жизни, полученные англоязычным миром" — "права и достаток граждан". Но геополитический российский спекулянт защищает именно ареал своего влияния — и, не стесняясь об этом говорит. Любопытно, что эта логика оппонентам понятна и находит отклик в душах как левых безответственных балбесов, так и фашистов.

А реальные политики просто купаются в этой логике — они ничего иного от России не ждут! Никто не ждет, что русские будут заботиться о своих людях. Все знают, что борьба идет за зоны власти.

И русская обида на Запад состоит именно в том, что не дали пороть своих собственных крепостных. Русский барин обиделся на то, что чужой барин не позволил ему сечь своих холопов. Но это не твое дело, дядя Сэм!

М.Кантор

Каша в голове у поднявшихся с колен

Удивительные люди вокруг. Покупают немецкие и японские машины, клеят на них портреты Сталина.



Благодарят за победу в войне того, кто чуть было её не просрал своей царской дурью. Гордятся при этом ''патриотизмом'', садясь почему-то в импортные изделия, в отечественную ''Ладу'' их не загонишь.

Какая же каша в головах у людей. И ведь они - явно обеспеченные, имеющие возможность получать информацию о мире. О кровавой истории тирана, о неисчислимых бедах, которые он натворил. Но сейчас такое время - в уши с экранов потоком льётся восхваление вождизма, и прохановы - отнюдь не маргиналы, как это было лет 10-15 назад, а вполне себе проводники генеральной линии новой КПСС. Для тех, кто с этой линией не согласен, уже вносится закон об уголовном преследовании за ''антироссийскую пропаганду''.

Я уже несколько лет с печалью наблюдаю за процессом движения страны по пути гитлеровской Германии. Движение не такое резкое, скорее - шажок за шажочком, от одного флажка к другому. Вроде незаметно, но оглядываясь на те же 10-15 лет назад, понимаешь, насколько сильно изменились риторика и общественные настроения. За восхваления сталинского режима и советского строя вообще на тебя уже не посмотрят осуждающе, не покрутят пальцем у виска. Агрессия в сторону внешнего мира стала нормой, ненавидеть пиндосов, хохлов, чурок и гейропейцев - мейнстрим. Что вовсе не мешает пользоваться плодами их труда - физического и интеллектуального.


Голос нормальных людей, не желающих воевать со всем миром, тонет в диком реваншистском хоре. Страна встаёт с колен, отряхивается и готовится к новому раунду. Прошлый закончился печально - потерей четверти территорий. Что и сколько отвалится в этот раз - остаётся лишь гадать. У меня нет иллюзий по поводу своих возможностей что-то изменить, остановить. Уютное кресло на веранде венского бара, попкорн и чизкейк, хороший кофе, новости по интернету. Констатация свершившихся фактов в ЖЖ. Чувствуешь себя прям берлинским интеллихентом 1932-ого года выпуска, увещевающего людей не голосовать за ЕР НСДАП. Но куда там - точно такое же вставание с колен, будущие победы и присоединения, борьба с прогнившим Западом. Всё по кругу.
В ближайшие годы будет очень интересно, где мой попкорн?

Пападос

Я, мерзавец, жил в поселении, а он, святой, - в Рамалле…

Знаете ли вы телеканал "24_ DOC"? Нет, я не буду продолжать: "О, вы не знаете" и т.д. Я просто заглядываю в Википедию и узнаю, что "24_ DOC" - российский телеканал мирового актуального документального кино. Основан в 2005 году в Москве. 5 декабря 2011 года состоялся перезапуск канала, после чего в эфире появились лучшие образцы мировой документалистики. Вещание ведется через спутниковые и кабельные компании". С одним из таких «лучших образцов» я имел счастье ознакомиться в Москве, где недавно провел несколько дней.

Ознакомился и прозрел. Оказывается, целое десятилетие жил я прямо-таки бок о бок с великим борцом за мир и не знал этого. Я, мерзавец, жил в поселении Элон Море, а он, святой, - в Рамалле.

"Он никогда не был террористом, - шепчет в трубку жена людоведа и душелюба, - он никогда не был убийцей".Collapse )

Актер Алексей Серебряков об эмиграции

Алексей Серебряков об эмиграции"Левиафан", фильм российского режиссера Андрея Звягинцева, получил приз за лучший сценарий на прошедшем Каннском кинофестивале. Главную роль в новой ленте сыграл Алексей Серебряков – актер, известный по фильмам «Груз 200», «Глянец», «Обитаемый остров», телесериалам «Бандитский Петербург» и «Белая гвардия».
Работы Серебрякова знакомы многим, но мало кому известно, что два года назад актер со своей семьей переехал в Канаду на постоянное место жительства. Collapse )